and silver gouache!

instagram

💀💀💀💀💀💀💀💀💕✨🍬🌺🌸✨💕✨✨🌺🌸✨💕✨🌸🌺🍭🍬
.
.
#watercolor #myart #gouache #art #silver #skulls #splatter #shiny #ilove #mine #video #artvideo

Made with Instagram
4

David Jien (American, b. 1981, Los Angeles, CA, USA) - 1: Ghostface, 2011  Colored Pencils, Gouache, Graphite and Holographic Film on Paper  2: Merciless Moon, 2014  Colored Pencils, Graphite, Mother Of Pearl Veneer, and Silver Leaf on Paper  3: Bad Boy Coming Thru!, 2014  Colored Pencils, Gouache, Graphite on Paper  4: Ride Or Die, 2010  Colored Pencils, Graphite, Gouache on Paper   Get Lost in these.

Gyorgy Kepes (Hungarian, 1906-2001)
One Integrated Flow of Production from the Early Series
c.1938

(Smithsonian Museum of American Art, Washington DC)
Gelatin silver print, gouache, and airbrush on paperboard sheet; 54.6 x 38.5 cm.

Gyorgy Kepes, Hungarian-born American painter, designer, photographer, teacher, and writer who had considerable influence on many areas of design.

свободный страх.истина.встреча

                                                                Дом - это женщина. А не мужчина. 

    Свет дальних фар долго пробивался сквозь дерн и хвою, упорно защищал свое право существовать в следующую минуту. Размазал по стеклу капли весны и вышел. Не знаю почему, мне всегда нравился вид чистого лобового напоследок. Было дождливо. Ночь обещала быть по осенне несговорчивой. Совсем не май, совсем. Мелкая водяная дрожь прогнала всех с берега, словно приготовила все к действию. Гордый пирс во тьме расчленял пространство. Сквозь скользкие глыбы я постепенно отдалялся от берега и входил черной каменной линией в море. Мировая Горизонталь безмолвствует. Она не стала со мной здороваться. Лишь отвернулась, будто мать встречала сына, неслыханно провинившегося, но безумно любимого. Я прошел дальше к утесу, омываемому темной водой. Ни фонаря, ни света. Черное движущееся впереди и тонкое статичное за спиной. Пирс будто боялся воды и предупреждал, что если вдруг море решит навсегда забрать к себе, он уже ничем и никак не поможет. Поэтому просил быть деликатнее. Я встал на краю самого последнего оплота земли и расправил руки. Поднял голову и закрыл глаза. Солоноватая вода у ног и пресная на лице. Я вздохнул так глубоко что ощутил боль в легких. Задержав момент настолько, насколько это возможно, выдохнул томно, грустно и спонтанно. Море узнало все: и безжизненные московские ночи, и тягучесть одинокого времени, и колкость января, и запах весны в окне, и появление тебя, и мою способность разрывать пальцами мягкие ткани груди, и беседы с Великим. Все. Все. Все. Море приняло меня, ибо я вернулся. Я признал свою малость и свою ничтожность. Я стоял в ожидании Великого Суда Его. Дорога обратно была наполнена безмолвием. Спину терзало разочарование, ведь я не услышал главного. Не услышал “Постой!” из уст каждой волны, которая разбилась в эту минуту. Моя тень тихо дошла до берега, сняла капюшон и побежала. Пренебрегая горизонтом, растворяясь в каждом грядущем шаге, ощущая черное здесь и сейчас. Как же хорошо, что нет людей. Здесь и сейчас. Как же хорошо.


by AKHM

Roberto CHABET, Black Sea, Silver Moon, 1964, gouache and collage on paper, 53.5cm x 71cm. Collection of Ateneo Art Gallery.